История Сны

Боги и люди Эллады жили рядом.

Те, кто читали древнегреческие мифы, наверное, не раз удивлялись тому, что боги в этих мифах ничем, по сути, не отличаются от людей.

Они такие же ревнивые, завистливые, мстительные. Но не все, как и люди тоже. Среди них были и добрые, отзывчивые, приходили людям на помощь. Описания богов тоже похожи на людей внешне, разве что только их считали бессмертными. Так кем же были боги древней Эллады? Может они на самом деле жили на земле среди людей или в определенном месте? С помощью осознанного сновидения удалось побывать в том древнем мире и узнать древних богов поближе.

…Спокойное море ласково качает закатное солнце у самого горизонта. Вдали показался корабль. Его темный парус провис на мачте.

На носу кopaбля красуется огромный нарисованный глаз, вернее, два глаза по бокам. Нос вытянут у кромки воды.

Подлетаю к кораблю ближе и заме­чаю; что идет он на веслах. Они плюха­ются в воду, оставляя после себя мел­кие брызги. Ветра почти нет. В брызгах за кораблем плывут дельфины. Им бросают что-то съедоб­ное с борта, кричат чайки. Я чувствую запах моря. Подлетаю еще ближе.

На носу корабля стоит бородатый мужчина в блестящих бронзовых дос­пехах. Его латы-пластинки скреплены друг с другом как бы зажимами. На доспехах блестят золотые бляшки. Сни­зу доспехи похожи на юбочку из длинных металлических полосок. Та­кие же полоски прикреплены к пле­чам вместо рукавчиков. Из-под доспе­хов видна какая-то ткань. Металличес­кие пластины привязаны также к но­гам и к одной руке. Ноги же голые и обуты в высоко зашнурованные сан­далии. Подметка их сделана из кожи и войлока.

Рядом стоит круглый щит и лежит шлем. На верху шлема вставлена щетка из конского волоса, окрашенная в темно-красный цвет. Шлем тоже брон­зовый с золотыми бляшками. На муж­чину накинут плащ — красная мате­рия, сколотая пряжкой. Но возле ноги она прорезана, как будто ее разрубил меч. У этого воина на поясе — короткий меч и длинный старый шрам на ноге.

Совсем стемнело. Светят только яр­кие звезды да огонек в подвешенном светильнике на корабле. Звезды как на­рисованные стоят группами в созвез­диях. Воин задрал голову и смотрит на звезды. И вот я почувствовала себя им.

Тихо плещут волны. Где же мой род­ной берег? Так долго его не видел! На корабле еще есть и другие воины, они тоже в доспехах. Одни из них спят, другие гребут веслами.

Вот один из воинов подошел ко мне и о чем-то заговорил(речи его я не поняла, запомнила только одно слово: что-то наподобие “хераклидос”). При этом он показал в темноту, и я увидел скалы с одной стороны корабля и на почтительном расстоянии — другие скалы. Это были, навер­ное, Геркулесовы столбы.

Море было спокойным, но дельфины исчезли. Стало очень тихо и тревожно, скри­пит мачта, плещет о борт вода, и все. Темно. Вдруг — протяж­ный вой. Ужасный и против­ный, он как будто резал по жилам. Его подхватил второй, третий голос. Все перепугались.

Ужас у всех в глазах. Случай­но за бортом я увидел серое длинное тело, как у тюленя. Его тюленья морда с усами изда­ла истошный вой так, что за­дрожали ноги и руки и ни­чего нельзя было поделать.

Тело нырнуло, показав свои конечности. Они были похо­жи на человеческие ноги, толь­ко с перепонками между паль­цев.

Звук еще стоял в воздухе и звенел в голове. Вот еще одно тюленье тело. Вдруг вдали я вижу разбитый корабль. Он сел на рифы или на подводные скалы. Там копошились длинные тюленьи тела сирен. Они разгребали пробитый трюм передними конечностями наподобие длинных рук с пальцами и перепонками и ели то, что вез корабль. Они гнали и мой корабль на эти скалы, чтобы поживиться.

Я резко рванул деревянный рычаг. Корабль развернулся, дав большую волну, и пошел в сторону. Помогали все: одни усиленно гребли, другие тянули стропы парусов.

Начало светать. На корабле везли много диковинок. Я вертел в руках мер­цающее хрустальное яйцо. В нем, как в калейдоскопе, складывался узор — дви­жущаяся фигура. У нее было много рук, и она танцевала (наверное, индийское божество). Нечаянно я неловко повернул яйцо в руках, и солнечный луч так сконцентрировался, что, пройдя через яйцо как через линзу, прожег деревян­ную балку. В то время я очень испугал­ся этой штуки и не знал, что с ней сде­лать. Я спрятал ее и решил отдать в дар богам.

Но тут я как будто провалилась куда- то, но вскоре опять почувствовала себя тем мужчиной. Видимо прошло много времени, и мы приближались к зеленой земле. Родные берега! Мы входим в гавань. Мой корабль – самый большой в гавани. Вот уже подают деревянный трап. В порту много народа, вдали вижу город, красивые белые храмы с колоннами – на возвышении.

Встречают все: и бедные, и богатые, и нищие, и старики, и дети, и женщи­ны, и мужчины. Они бросают зерна на приплывших и на корабль. Мы спуска­емся, и гут я замечаю, что на полном скаку примчалась четверка белых с се­рым лошадей. Лошади стояли все в ряд, они привезли красивую и ши­рокую колесницу, обитую золотом и бронзой. Внутри она была покрыта красным материалом с восточным узо­ром. С колесницы соскочила стройная женщина с голубыми глазами и чуть рыжеватыми волосами. На голове ее — золотая диадема, а одета она в бе­лые тонкие одежды с каймою и под­поясана двумя свитыми и толстыми шерстяными нитями. Одежда сколота на плечах застежками. На ней блестели ожерелье и крупные серьги с подвесками.

Эта женщина бросилась прямо ко мне на шею и заплакала от счастья, так как вернулся ее муж. Тело, в котором я была, почувствовало привязанность и нежность. Так давно этого не было, и так давно я ее не видел. Я инстинктивно обнял ее и потрогал волосы. Рука вдруг сама потянулась и дотронулась до ее живота, и она начала что-то говорить и улыбаться. (Наверное, она была беременна, когда уезжал муж).

Там, на пристани, начали раздавать народу часть привезенного. Часть же повезли на рынок, часть нужно было отправить на рынок в другой город, часть взять в казну и самое цепное отдать богам.

Я подхватил жену на руки и встал на колесницу. Возница домчал нас до дома. Окон на улицу не было, все смот­рели во внутренний двор. Вернее, это были не окна, а проемы с колоннами. У входа также были колонны и сту­пеньки. Колонны простые, без завит­ков. Во дворе — садик. В комнатах — тоже колонны. В одной из комнат в потолке было отверстие, а под ним — бассейн. Кроме простых колонн, были и колонны в виде девушек, поддерживающих на своих головах крышу. На свободные руки этих статуй-колонн вешали вещи (как па вешалку при входе).

В одной из комнат, куда я вошел с женой, был странный стульчик на­подобие горшка на ножке и с двумя дырочками. Вообще мебель здесь была деревянная, обитая бронзой, и мраморная. Стояли мраморный сто­лик, складные деревянные стульчи­ки.

Мне захотелось кого-то найти. В чашах горел огонь. Вдруг я услышал плач. Девушка-служанка принесла ребенка. Это была девочка с золоти­стыми вьющимися волосами, схваченными золотым обручем. На ней был беленький балахончик и малень­кие сандалии. Увидев меня, она ис­пугалась, так как прежде не видела отца, и спряталась за колонну. Мать тащила ее за руку, и та все равно пряталась.

Тогда мать посадила ее в тот странный стульчик с дырочками для ножек ребенка. Я подошел к ней. Она была хорошенькая, с тоненьким но­сиком без изгиба или горбины. А это было признаком аристократии, ведь такие носы были у богов. Девочка вдруг резко схватила меня за палец, и я никак не мог освободиться Помогла жена, а дочка залилась смехом.

Вот опять мое сознание как бы провалилось, и вдруг я снова в этом мужчине, только через некоторое время.

Нужно ехать к богам на Олимп и от­везти ценные дары. Я и несколько моих воинов отправились туда, на по­возке везли груз, покрытый козьими и овечьими шкурами. Повозка дере­вянная, колеса грубые и глухие. По дороге я видел, как пахал крестьянин на волах деревянным плугом, видел пастухов на взгорьях и их овец. Пас­тухи были одеты в овечьи шкуры.

Вот мы доехали до узкой тропин­ки, оставили повозку и пошли пеш­ком. Поднявшись, вошли в храм. Вда­ли виднелись строения из сияющего камня — дома богов. В храме прислу­живали жрицы. Были возвышение и алтарь. Я поставил на алтарь ларец, внутри которого был сфинкс, приве­зенный издалека. Он был выточен из камня, похожего на лунный, но в темно­те загорался зеленоватым свечением.

Сфинкс был с телом льва и женс­кой головой с длинными волосами. Под ним лежала металлическая пластинка радужного цвета. В темноте на ней высвечивались какие — то письмена. Жрицы убежали, и через мгновенье из воздуха появилась богиня Гера. Когда она появилась, то дотронулась до своего пояса, и что-то щелкнуло там.

Она была очень высокая, намного выше нас, кожа белая, аж с голубизной, и волосы белые, как снег, нос ровный, глаза холодные. На ней блестела одеж­да — наподобие шелка, только перламут­ровая. Взгляд надменный и сухой.

Богиня-Атлантка

 

Она заглянула в ларец и вдруг улыб­нулась. Тут рядом с ней появилась дру­гая богиня, и тоже что-то щелкнуло у нее на поясе. Она была такая же высо­кая и белая. На голове у нее была зо­лотая диадема в виде шлема. Это — Афина.

Эти боги были из плоти и крови, но, видимо, знали какие-то секреты и технику, которой не было у греков, на­пример, Зевс владел лучом-молнией. Внутренний голос подсказал, что эти боги это просто спасшиеся атланты после катастрофы и осевшие на Олимпе. Они имели свою технику и ею творили для людей чудеса. Ну и жили они гораздо дольше греков, вот и прослыли бессмертными..

…Гера взглянула на Афину и исчезла, проведя по поясу рукой, и появилась вновь со свертком перламутровой бле­стящей ткани, как их одежда. Она пода­рила его мне для моей жены. Я был оше­ломлен и растерян, а она смотрела на меня. Я поклонился, коснувшись возвыше­ния в храме, и тут по­дошла Афина.

Она достала кро­шечный игрушечный золотой меч, нажала на центральный камень, и вдруг выпрыгнуло го­лубоватое лезвие метра на полтора длиной. Она опять нажала на камень, и лезвие вошло внутрь. Богиня засунула этот меч мне за пояс. Не­описуемое чувство вос­торга и благодарности переполнило меня. Бо­гини принесли ларец и дали его моим вои­нам. Мы вышли из хра­ма. Там стояли сосуды с зажигательной жид­костью, которой мы об­ливали шары-бомбы для боя (греческий огонь). Ее давали нам боги.

Тут я почувствовал дурманящий сладкий за­пах. В ветвях показалась девушка. Она не была подпоясана, тончайшая перламутровая ткань была на ней в один слой и были виды все ее фор­мы, как на обнаженной. Голова ее увита виноградными листьями. Девушка теребила какую-то травку, которая дурманила нас. Глаза ее блестели и блуждали, страстно раскрывался рот. От этого запаха у меня кружилась голова, руки и ноги не слушались.

Но вдруг дурмана как не бывало. Девица — нимфа убежала, увидев вдали богиню Деметру. Та, прикрытая покрывалом, по­явилась на тропинке из воздуха. Она несла огромную корзину фруктов. Там был крупный виноград и апельсины, светящиеся золотом яблоки и другие плоды. Девушка, шедшая за Деметрой, несла корзинку поменьше, там были фрукты и снопик колосьев. Богиня с улыбкой отдала нам эти корзины. Она была живая, а не фантом, и теплые ее руки коснулись нечаянно меня. Она брызнула какой-то жидкостью в малень­кую корзинку, чтобы семена плодов и колосья дали хороший урожай.

Мы пошли домой. Паслись белень­кие овечки, играла флейта, вдали музи­цировали высокие белые с золотыми волосами девушки (музы). Мы зашли за валун, и вдруг оказались у своей повозки.

Что было дальше — не помню. Но вот я уже дома. Вечер. Я веду жену на пир на женскую половину и оставляю ее там. Ах, как она хороша!

Там на столе стоят фрукты от Деметры. Их можно есть, пока не насытишься, ведь после съеденного яблока, появляется новое, и так далее. Затем я иду в другую залу. Там — длинный стол и низкие скамьи, на которых сидят одни мужчины. Это те, кто плыли на корабле. Стоят золотые кубки с вином. Я инстинктивно, вернее, моя рука берет ку­бок, все вскакивают с мест, берут куб­ки, мы подносим их друг к другу и касаемся кулаками, в которых держим эти кубки.

Затем руки вскидываем вверх, про­износится какой-то клич и все пьют стоя. Осушив кубки, садятся. Подают мясо козленка, обжаренное на вертеле. Куски дают на золотых блюдах каж­дому. Мясо перевито какой-то паху­чей травкой. Очень вкусно: пряная травка и копченое мясо. Подают вино. Его разбавляют водой из кувшина. Вот подают сыр. Он солоноват и набит оре­хами.

Но вот я вылетаю из этого мужчины и вижу все со стороны. Он достает модельку финикийского кораблика, при­везенную из-за моря, и показывает ее воинам. Они смотрят на детали, — ви­димо, хотят такой построить. Там, в пор­ту, выгружали дерево. Это очень лег­кие бревна: толстые, но их могли не­сти два человека. Их привезли из дальних стран.

Тогда же привезли и черное дерево, и бивни слонов, и многие диковинки Востока: ткани, статуэтки, индийские фигурки божеств в виде слоников, египетскую посуду и много чего еще.

А я вылетаю из дома, вижу ночной город, храмы, дома с двориками, порт вдали, корабль, звезды на небе. Понес­лись какие-то мелодии из дома, где я была, но меня потянуло куда-то вверх и все оборвалось…

Вот так в те Далекие времена жили люди в древней Элладе и ладили с живы­ми богами — атлантами, спасшимися от катастрофы, как было сказано. Те же, в свою очередь, использовали греков-ахейцев, брали с них дань, представляя себя богами и являя чудеса своей техники, но в чем- то и помогали им.

Записала Валерия Кольцова

Источник: https://shambavedi.blogspot.com/

Growfood

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.